Все большие клубы начинаются одинаково. С того, что кто-то не может бегать один.
Весной 2016-го я пробежал Вену из трёх часов и понял, что бегать быстро в одиночку напоминает попытку смеяться в пустой комнате. Можно. Но зачем. Я тренировался с Алексеем Коробовым, мастером спорта международного класса, и мне эгоистично хотелось собрать вокруг себя людей своего уровня. Эгоизм, как известно, входит в число самых недооценённых двигателей цивилизации.
В Telegram жил наш чат «Бегач». Двести человек со всей России. По воскресеньям мы бегали «Воскрежки». Это было ещё не сообщество, а скорее его черновик.
За неделю до Московского марафона мы провели лекцию в стендап-клубе на Арбате. Слот дали бесплатно. Света почти не было, микрофонов тоже: одна камера снимала всё подряд в полутьме, как в фильме о тайном обществе. Пришли шестьдесят человек. На продвижение я потратил пятьсот рублей. Официально Академия родилась позже, 10 октября 2016 года, в день регистрации ИП. Но настоящим днём рождения стал тот вечер. Бумаги всегда опаздывают за реальностью.
Слово «академия» я выбрал со вторым дном. Тогда была сильная школа правильного бега, и я подумал: после школы идёт академия. А ещё слово «академия» напоминает про древних греков, которые гуляли и разговаривали. Мы тоже, в сущности, гуляем и разговариваем. Просто быстрее.
Десять лет спустя в клубе около двухсот человек, и шестьдесят процентов из них с нами больше трёх лет. Был ребрендинг и Фарид Хайруллин старшим тренером. Была Вика Парканская, которая пришла из мира заводов и навела порядок в моём творческом хаосе. Были подкаст, корпоративные проекты, своя штаб-квартира, Союз любителей бега.
И был урок, который стоил дорого. Когда ушёл первый тренер, часть людей ушла вместе с ним. Клуб, равный одному человеку, не превращается в клуб. Он превращается в фан-клуб.
Мы никогда не называли людей клиентами. Возможно, в этом и весь секрет. Но секреты, которые можно сформулировать одной фразой, почему-то очень трудно повторить.